05.07.2019

Один из самых древних сохранившихся храмов Вятки

Кто не знает храм Иоанна Предтечи в центре Вятки!? Придите, полюбуйтесь, насладитесь красотой и гармонией его архитектуры. Войдите внутрь, рассмотрите благолепие росписей и иконостаса. Остановитесь пред старинными иконами. Помолитесь на службе, послушайте стройное пение церковного хора, проникнитесь наставлением священника на жизнь благочестивую. Наполнитесь благодатью и тихой радостью от общения с Господом.

Посадская церковь

Храм в честь Рождества Иоанна Предтечи — в ряду самых древних сохранившихся церквей Вятки. Он много раз перестраивался, расширялся, украшался стараниями прихожан. Вряд ли возможно лучше, чем архитектор Людмила Борисовна Безверхова, описать благолепие этого храма, а потому приведу цитату из её книги «Архитектурные этюды».

«В челобитной посадские люди просили: «Новоселебные жители от святых церквей удалены, желают построить вновь храм во имя святого Иоанна Предтечи». Приход оказался богатым, казна быстро пополнялась. Староста Григорий Глухих с прихожанами решили строить каменную церковь и просили архиепископа «о том каменном строении дать им архиерейскую благословенную грамоту».

Церковь появилась в 1714 году. За один сезон поставили! Есть версия, что обкладывали кирпичом стены деревянного храма, отданного хлыновцами вновь образовавшемуся за стенами Кремля приходу, а потом убирали сруб изнутри, потому храм не чистый восьмерик, а с разными сторонами. Но это не суть, главное, что он повторил деревянный двухсветный восьмерик от земли. Уже это одно — чудо. А второе чудо — потрясающей красоты декор: динамичные завитки над оконными проёмами, розетки, наборы бусин, жгуты, кокошники, витые колонки с капителями. И всё это в интересной интерпретации вятского барокко».

Заметьте, что возведение храма шло именно тогда, когда император Пётр I запретил каменное строительство в провинции. Вся Россия тогда трудилась над скорейшим обустройством северной столицы — Петербурга, а замыслы царя воплощались медленно, не хватало камня и каменщиков. Не потому ли вятские, славящиеся независимостью и свободолюбием, как говорится, на одном дыхании возвели эту красоту? А может быть, всё проще: пока указ шёл до Вятки, храм уже возвели. Естественно ушло ещё несколько лет на отделку, украшение, росписи, устроение приделов.

Главный престол церкви, как и положено, — во имя Иоанна Предтечи. Посвящение придела его праведным родителям Захарию и Елисавете логично и оправдано с человеческой точки зрения и Священной истории. Третий придел, освящённый в 1729 году в честь Грузинской иконы Божией Матери, имеет свою историю. В 111 номере журнала «Православные храмы. Путешествие по святым местам» изложена такая версия: «Список этой древней иконы появился уже в деревянной Иоанно-Предтеченской церкви, а попал он туда от проезжих купцов, доставивших его из Раифского монастыря, что под Казанью. Икона сразу стала пользоваться почитанием, почему и решили освятить в её честь новый придел». В 1735 году к храму пристроили каменную колокольню в характерном для Вятки стиле — восьмерик с глухими стенами, придающими постройке суровую величавость. В «Календаре Вятской губернии за 1893 год» в статье А. Спицына «Старинные колокола вятских церквей» я нашла такое описание: «На Предтеченской церкви находятся два старинных колокола со следующими надписями: «1722 году сентября в… день слит сей колокол церкви Иоанну Предтечу тщанием города Хлынова жителей», «1740 году июня 16 дня сей колокол в церковь Иоанна Предтечи, что в Хлынове городе, приклад меди из заводов заводчика Александра Прозорова, весу 10 пудов».

В 1781 году был разобран и обновлён обветшавший купол. Приход разрастался, и в 1825 году два придела и трапезную объединили в единое пространство. В 1860 году в храме вновь закипела работа по благоукрашению церковного интерьера. На средства купца Андрея Куклина устроили роскошный восьмиярусный с позолоченной резьбой иконостас, который по красоте и величию вполне мог соперничать с иконостасами столичных храмов.

Архивная находка

Всё бы хорошо, но центральный неф был плохо освещён, так как от боковых окон свет туда не попадал. В 1898 году вятский губернский архитектор Иван Аполлонович Чарушин разработал проект, решивший не только проблему освещения, но и придавший храму новый облик. Какую радость принесла мне находка архивного дела, связанного с этим моментом истории церкви и в течение 120 лет никем не востребованного! 15 мая 1898 года епископу Вятскому и Слободскому Алексию (Опоцкому) священником Димитрием Логиновым, настоятелем Предтеченского храма, и церковным старостой Фёдором Ездаковым было подано прошение: «Исполняя желание прихожан нашей Предтеченской церкви, мы намерены в нынешнее лето расширить малопоместительный и душный по низости свода тёплый храм, соединив его с холодным, чрез устройство в подвальной части по новому общепринятому образцу духовой печи с перекладкой старого свода над тёплым храмом и устройством новой соединительной арки. Долгом считаем доложить Вашему Преосвященству, что сей церковный ремонт, требующий по проекту, составленному губернским архитектором, до пяти тысяч рублей расхода, мы располагаемся произвесть хозяйственным способом и на сумму благотворительную, которая в сказанном количестве имеется у нас на лицо, на что и испрашиваем Вашего архипастырского соизволения и благословения». Последовал ответ владыки: «Разрешается. Господь да благословит Своей милостью благочестных жертвователей и их святое начинание в пользу церкви Божией. Представленный проект переустройства храма со своей стороны нахожу вполне целесообразным».

Епархиальное начальство требовало, чтобы при церковных строительных работах всё было по строгим правилам: проект утверждается строительным отделением Губернского правления, должен быть заключён договор с архитектором о наблюдении за ходом работ, а для их выполнения нанимается известный, опытный и надёжный мастер с рекомендациями.

30 июня консистория интересуется, где же, наконец, официальные документы и условия договора. На что 15 июля получает совершенно невероятный ответ, который ещё больше ввёл в заблуждение начальство: «…сии работы производятся нами с разрешения Его Преосвященства Алексия, выраженного нам устно, хозяйственным образом подёнными рабочими, нанимаемыми и рассчитываемыми платою нами самими. Кроме помянутого губернского архитектора господина Чарушина, принявшего на себя техническое наблюдение за производством постройки, никакого подрядчика на сии работы мы не приглашали, условий ни с кем не заключали и представить таковые в консисторию по требованию указа не можем».

28 сентября поступил рапорт, адресованный епископу Алексию, о том, что «перестройка нашего тёплого Предтеченского храма, производившаяся в нынешнее лето по проекту, составленному губернским архитектором господином Чарушиным, одобренному Вашим Преосвященством и утверждённому строительным гражданским начальством, в настоящее время вчерне окончена: новый свод с соединительной аркой и духовая подвальная печь, имеющая нагревать вместе с тёплым и холодный храм, сложены… Просим Вашего распоряжения об освидетельствовании нашей церковной постройки и благословения на установку старых иконостасов и освящение сего новоисправленного нами храма, святые престолы которого при постройке нарушены не были».

6 октября 1898 года губернский инженер М.А. Бухгольц освидетельствовал расширенную церковь Иоанна Предтечи и «нашёл, что вся постройка исполнена вполне правильно и прочна; согласно утверждённым чертежам отступлений, вредных устойчивости, нет, и храм опасности не представляет».

Только 23 октября благочинный вятских градских церквей протоиерей Иоанн Порфирьев получил точный рапорт в дополнение к рапорту от 15 июля и поспешил успокоить начальство. Оказывается, что «сверх обязавшегося руководствовать оными составителя сего проекта господина Чарушина приглашён опытный по делам всяких построек мастер — уволенный в запас армии крестьянин, ныне купец 2-й гильдии Афанасий Григорьев Морозов из Владимирской губернии, имеющий аттестат Кронштадтского инженерного управления о знании им строительного дела и свидетельства разных гражданских учреждений и начальственных лиц об аккуратности исполнения поручаемых ему работ. Зарекомендовавший себя и в нашем городе Вятке устройством созидаемого на средства купца П.П. Клобукова Дома трудолюбия. Добросовестным, вполне разумным и примерно успешным исполнением и нашей церковной постройки, порученной ему по частному нашему условию с ним, своей бескорыстностью и отличным усердием к исправлению принятых на себя строительных обязанностей заслужившим нашу полную к нему признательность и одобрение от ревизовавшего сию нашу церковную постройку вятского инженера господина Бухгольца». Поскольку мастер Морозов трудился бесплатно, и вышло это недоразумение.

Рассмотрев все документы, епархиальное начальство вынесло вердикт: «Донесение причта и церковного старосты Предтеченской церкви о том, что переустройство храма производится ими вопреки указу консистории без мастера, ставить им в вину; предупредить их при этом, чтобы они были на будущее время внимательнее к указным требованиям епархиального начальства и надлежащим образом исполняли их под страхом ответственности за неисполнение их, о чём указом чрез благочинного и дать знать им».

На поле журнала рукой епископа Алексия сделана такая отметка: «Благодарить нужно за усердие, распорядительность, а не страхом ответственности пугать за доброе дело. Следует обратить внимание только на неосновательность рапорта священника, которым он ввёл в заблуждение начальство. Указ тот на самом деле исполнен».

XX век в судьбе храма

Итак, надстроен центральный неф. Как пишет Л.Б. Безверхова, «за счёт этого вверху появился ряд окон. Решение очень интересное, которое уходит корнями в глубину веков. Его использовали ещё древние египтяне в своих храмах. Иван Аполлонович любил этот приём и часто использовал его в своих проектах. Это интересное завершение здания по масштабу, по характеру, по размеру окон удачно вписалось в архитектурную стилистику храма». Чарушинский кокошник добавил изящества церкви.

Как свидетельствуют клировые ведомости за 1909 год, переустроили и южный придел в честь Грузинской иконы Божией Матери, и 22 декабря 1898 года он был освящён епископом Алексием (Опоцким). На следующий год по проекту И.А. Чарушина храм был обнесён оградой «каменной с железной решёткой». В 1900 году оштукатурены стены церкви внутри и снаружи. Для создания внутреннего благолепия был приглашён известный в Вятке декоратор Георгий Джмухадзе. Северный придел во имя праведных Захария и Елисаветы был также переустроен и освящён 3 сентября 1900 года епископом Алексием.

Летом 1904 года в Вятке побывал один из самых ярких церковных деятелей дореволюционной эпохи — праведный Иоанн Кронштадтский. 27 июля колокола Предтеченского храма звучали особенно торжественно, прихожан на богослужении было многое множество. Им посчастливилось участвовать в Божественной литургии, услышать проповедь отца Иоанна, получить его напутствие и благословение.

Революционный вихрь больно хлестнул и по Иоанно-Предтеченскому храму. В 1918 году «в ответ на убийство Урицкого и ранение Ленина» был расстрелян церковный староста Фёдор Ездаков. Некоторое время храм был «обновленческим кафедральным собором», а в 1935 году его окончательно закрыли, обезглавили, разобрали колокольню. В бывшей Иоанно-Предтеченской церкви разместился партийный архив — не самый худший вариант для сохранения старинного здания. А в 1969 году было принято решение оборудовать здесь планетарий. Часть окон была зашита, старинные росписи закрашены. В северном приделе устроили актовый зал, в южном разместили работников Общества охраны памятников — не ирония ли судьбы?! Многие жители областного центра в школьные годы бывали в планетарии и помнят лекции о космосе, звёздном небе. Годы борьбы с религией сделали своё дело: никого не смущало, что планетарий расположен в церковном здании.

Наступили другие времена, изменилась политика государства по отношению к Церкви и вере, и в 1993 году здание было передано Вятской епархии. Начался новый этап жизни Предтеченского храма: восстановление купола, колокольни, ограды, внутреннего убранства. И сейчас мы имеем возможность созерцать это великолепное здание, архитектурный шедевр, украшающий нашу Вятку! Предтеченский храм возродился, но рядом с церковью умирает дом И.А. Чарушина, свидетель неустанного труда выдающегося вятского архитектора, счастливой жизни его большой и дружной семьи. Здесь в любви и радости росли дети Ивана Аполлоновича и Любови Александровны. Здесь собирался цвет вятской интеллигенции. Где же наша благодарность Чарушину за его труды? Остались ли в Вятке люди, способные вернуть этот дом к жизни? Молитесь о возрождении усадьбы великого зодчего, и Господь услышит вас.

Надежда Шевелёва

Фото

Возврат к списку